Утром деньги вечером стулья цитата кто сказал

Утром деньги вечером стулья цитата кто сказал

Утром деньги, вечером стулья

Утром деньги, вечером стулья — популярная фраза из романа «Двенадцать стульев», которую произнес монтер Мечников во время «торга» с Остапом Бендером.

Опытный аферист Бендер пытается заставить отдать монтера Мечникова стулья, после чего, с большой степенью вероятности, планирует скрыться, не заплатив. Однако его планы портит упрямый монтер, завязывается разговор:
— Когда же вы стулья принесете?
— Стулья против денег.
— Это можно, — сказал Остап, не думая.
— Деньги вперед, утром — деньги, вечером — стулья или вечером — деньги, а на другой день утром — стулья.
— А может быть, сегодня — стулья, а завтра — деньги?
— Я же, дуся, человек измученный. Такие условия душа не принимает.
— Но ведь я только завтра получу деньги по телеграфу.
— Тогда и разговаривать будем, а пока, дуся, счастливо оставаться у источника, а я пошел: у меня с прессом работы много. Симбиевич за глотку берет. Сил не хватает. А одним нарзаном разве проживешь?

В фильме «Двенадцать стульев» монтер Мечников использует несколько измененную фразу «Утром деньги — днем стулья, днем деньги — вечером стулья, вечером деньги — ночью стулья, ночью деньги — утром стулья».

Фраза может быть использована в качестве предложения вначале оплатить работу, а потом получить результат (за «просто так» никто ничего делать не будет). Фраза часто используется СМИ. Tags: Вспоминая классику , бизнес , жизнь , интересности , информация

Источник



Утром — деньги, вечером — стулья

Утром — деньги, вечером — стулья
Из романа (гл. 36) «Двенадцать стульев» (1928) советских писателей Ильи Ильфа (1897—1937) и Евгения Петрова (1903—1942). Слова теат-
рального монтера Мечникова, который сбывает на рынке некоторые предметы реквизита, украденные им с места своей работы. Остап заказывает ему стулья из театра:
«— Когда же вы стулья принесете?
Стулья против денег.
Это можно, — сказал Остап, не думая.
Деньги вперед, — заявил монтер, — утром — деньги, вечером — стулья или вечером — деньги, а на другой день утром — стулья.
А может быть, сегодня — стулья, а завтра — деньги? — пытал Остап.
Я же, дуся, человек измученный. Такие условия душа не принимает».

Иносказательно: комментарий к торгу, переговорам, когда важно оговорить последовательность действий договаривающихся сторон (шутл.).

Энциклопедический словарь крылатых слов и выражений. — М.: «Локид-Пресс» . Вадим Серов . 2003 .

Смотреть что такое «Утром — деньги, вечером — стулья» в других словарях:

Утром — деньги, вечером — стулья — крыл. фр. шутл. Из романа (гл. 36) «Двенадцать стульев» (1928) советских писателей Ильи Ильфа (1897 1937) и Евгения Петрова (1903 1942). Слова театрального монтера Мечникова, который сбывает на рынке некоторые предметы реквизита, украденные им с… … Универсальный дополнительный практический толковый словарь И. Мостицкого

Стилистические ресурсы синтаксиса, или синтаксическая стилистика — – стилистические возможности средств синтаксиса, их роль в порождении стилистически маркированных высказываний; способность синтаксических единиц выступать в качестве средств экспрессивно стилистических, т.е. связанных с достижением… … Стилистический энциклопедический словарь русского языка

Спотовый рынок — (Spot Market) В современных условиях широкое распространение получили спотовый и срочный рынки Сделки и формирование цен на спотовом и срочном рынках, инструменты, используемые участниками срочного и спотовго рынка для заключения сделок… … Энциклопедия инвестора

Boomstarter — Эта статья предлагается к удалению. Пояснение причин и соответствующее обсуждение вы можете найти на странице Википедия:К удалению/19 ноября 2012. Пока процесс обсуждени … Википедия

Высшая лига КВН 2011 — Высшая лига 2011 Сезон 25 й Место проведения Концертный зал «Академический» (игры 1/8 и 1/2 финалы)[1], Центральный академический театр Российской армии (четвертьфиналы и финал)[2], Москва Название сезона … Википедия

метод возможностей — Метод, используемый при планировании расходов на рекламу, при котором рекламодатель исходит из суммы, которую он может истратить. Вот так, оказывается, не только у нас люди на рекламу тратятся, как бог на душу положит. На западе есть даже… … Справочник технического переводчика

Суворов, Александр Васильевич — (князь Италийский, граф Рымникский) — генералиссимус Российских войск, фельдмаршал австрийской армии, великий маршал войск пьемонтских, граф Священной Римской империи, наследственный принц Сардинского королевского дома, гранд короны и кузен … Большая биографическая энциклопедия

Террористический акт в Беслане — Террористический акт в Беслане … Википедия

Анастасия Николаевна — Романова Анастасия Николаевна … Википедия

Анастасия Николаевна (великая княжна) — Романова Анастасия Николаевна Фотография княжны Анастасии … Википедия

Источник

8 финансовых цитат из книги «Двенадцать стульев» И.Ильфа и Е.Петрова

— А может быть, вы хотите, чтобы я работал даром, да еще дал вам ключ от квартиры, где деньги лежат?

— Вы довольно пошлый человек, — возражал Бендер, — вы любите деньги больше, чем надо.

— А вы не любите денег? — взвыл Ипполит Матвеевич голосом флейты.

— Зачем же вам шестьдесят тысяч?

Ипполиту Матвеевичу неудобно было отказывать своему новому компаньону и непосредственному участнику концессии. Он, морщась, согласился продать жилет за свою цену — восемь рублей.

— Деньги – после реализации нашего клада, — заявил Бендер, принимая от Воробьянинова теплый еще жилет.

— Нет, я так не могу, — сказал Ипполит Матвеевич краснея. — Позвольте жилет обратно.

Деликатная натура Остапа возмутилась.

Но ведь это же лавочничество? — закричал он. — Начинать полуторастотысячное дело и ссориться из-за восьми рублей! Учитесь жить широко!

Ипполит Матвеевич покраснел еще больше, вынул маленький блокнотик и каллиграфически записал:

25/IV-27 г. Выдано т. Бендеру

Остап заглянул в книжечку.

— Ого! Если вы уже открываете мне лицевой счет, то хоть ведите его правильно. Заведите дебет, заведите кредит, В дебет не забудьте внести шестьдесят тысяч рублей, которые вы мне должны, а в кредит — жилет. Сальдо в мою пользу — пятьдесят девять тысяч девятьсот девяносто два рубля. Еще можно жить.

Происходящее в романе вполне укладывается в поговорку «Вор у вора дубинку украл». Бендер в ходе своих разыскании полностью восстанавливает чудовищную биографию подпольного миллионера, но за миллион рублей уничтожает ее, оставив Корейко безнаказанным обладателем девяти миллионов. Разумеется, заставить Бендера поступить иначе, то есть отказаться от миллиона со имя бескорыстного разоблачения Корейко, значило бы разрушить единство этого образа. Но вместе с тем история десятимиллионного состояния Корейко настолько черна, что нас не может не огорчить добродушие, с каким авторы относятся к Бендеру, когда, отпустив с миром Корейко, он остается счастливым обладателем миллиона. Миллион, принадлежавший Корейко, — это не брильянты мадам Петуховой, это поистине страшные деньги. Но, помня об этом все время, пока они были в руках у Корейко, мы, по авторской воле, сейчас же обо всем забываем, как только они переходят в руки Бендера. В руках Корейко — это страшный миллион, в руках Бендера этот миллион оказывается просто миллионом, счастливой находкой, деньгами без биографии.

Читайте также:  Стулья для персонала иваново

5.
Итак, в последних главах «Золотого теленка» Бендер становится «богатым человеком». Но оказывается, что в условиях советского общества, в противовес обществу буржуазному, обладание миллионом само по себе не только не открывает неограниченных возможностей, не только не дает права на уважение или преклонение, но, наоборот, то и дело ставит «счастливого» обладателя капитала в положение глупое и смешное. Выясняется, что даже для того, чтобы получить номер в переполненной гостинице, совершенно недостаточно денег. Новоиспеченному миллионеру, чтобы получить комнату, приходится выдавать себя то за инженера, то за врача, то за писателя, то, по старой памяти, даже зa сына лейтенанта Шмидта.

«И это путь миллионера… — с горечью размышляет Бендер. — Где уважение, где почет, где слава, где власть?» И когда, наконец, разъяренный неудачами и Измученный невозможностью удовлетворить свое тщеславие, «бледный от гордости», он вдруг, решившись, отвечает своим попутчикам-студентам на вопрос о том, не служит ли он в банке: «Нет, не служу, Я миллионер!» — результат оказывается совершенно неожиданным. Подружившиеся было с ним молодые люди немедленно оставляют его, спеша поскорее возвратить деньги за чай, которым он их только что угостил. «Я пошутил я трудящийся…» — растерянно бормочет Бендер, пытаясь удержать студентов, и в этой реплике заключена большая сила сарказма, жестокая насмешка над трагикомедией человека, который в условиях советского мира попытался заставить уважать себя, сообщив о своем богатстве.

Деньги вперед, — заявил монтер, — утром — деньги, вечером — стулья или вечером — деньги, а на другой день утром — стулья.
— А может быть, сегодня — стулья, а завтра — деньги? — пытал Остап.

— Я же, дуся, человек измученный. Такие условия душа не принимает.

— Но ведь я, — сказал Остап, — только завтра получу деньги по телеграфу.

— Тогда и разговаривать будем, — заключил упрямый монтер, — а пока, дуся, счастливо оставаться у источника, а я пошел: у меня с прессом работы много. Симбиевич за глотку берет. Сил не хватает. А одним нарзаном разве проживешь?

7.
— При современном развитии печатного дела на Западе напечатать советский паспорт — это такой пустяк, что об этом смешно говорить… Один мой знакомый доходил до того, что печатал даже доллары. А вы знаете, как трудно подделать американские доллары? Там бумага с такими, знаете, разноцветными волосками. Нужно большое знание техники. Он удачно сплавлял их на московской черной бирже; потом оказалось, что его дедушка, известный валютчик, покупал их в Киеве и совершенно разорился, потому что доллары были все-таки фальшивые. Так что вы со своим паспортом тоже можете прогадать.

Месяца через два Гаврилин вызвал к себе инженера и серьезно сказал ему:

— У меня тут планчик наметился. Мне одно ясно, что денег нет, а трамвай не ешак — его за трешку не купишь. Тут материальную базу подводить надо. Практическое разрешение какое? Акционерное общество! А еще какое? Заем! Под проценты. Трамвай через сколько лет должен окупиться?

— Со дня пуска в эксплуатацию трех линий первой очереди — через шесть лет.

— Ну, будем считать через десять. Теперь — акционерное общество. Кто войдет? Пищетрест, Маслоцентр. Канатчикам трамвай нужен? Нужен! Мы до вокзала грузовые вагоны отправлять будем. Значит, канатчики! НКПС, может быть, даст немного. Ну, губисполком даст. Это уж обязательно. А раз начнем — Госбанк и Комбанк дадут ссуду. Вот такой мой планчик. В пятницу на президиуме губисполкома разговор будет. Если решимся — за вами остановка.

Треухов до поздней ночи взволнованно стирал белье и объяснял жене преимущества трамвайного транспорта перед гужевым.

В пятницу вопрос решился благоприятно. И начались муки. Акционерное общество сколачивали с великой натугой. НКПС то вступал, то не вступал в число акционеров. Пищетрест всячески старался вместо 15% акций получить только десять. Наконец, весь пакет акций был распределен, хотя и не обошлось без столкновений. Гаврилина за нажим вызвали в ГубКК. Впрочем, все обошлось благополучно. Оставалось начать.

Источник

Credits

Утром — деньги, вечером — стулья, из какого романа фраза, кто сказал?

Утром деньги, вечером стулья — популярная фраза из романа «Двенадцать стульев», которую произнес монтер Мечников во время «торга» с Остапом Бендером.

Опытный аферист Бендер пытается заставить отдать монтера Мечникова стулья, после чего, с большой степенью вероятности, планирует скрыться, не заплатив. Однако его планы портит упрямый монтер, завязывается разговор:
— Когда же вы стулья принесете?
— Стулья против денег.
— Это можно, — сказал Остап, не думая.
— Деньги вперед, утром — деньги, вечером — стулья или вечером — деньги, а на другой день утром — стулья.
— А может быть, сегодня — стулья, а завтра — деньги?
— Я же, дуся, человек измученный. Такие условия душа не принимает.
— Но ведь я только завтра получу деньги по телеграфу.
— Тогда и разговаривать будем, а пока, дуся, счастливо оставаться у источника, а я пошел: у меня с прессом работы много. Симбиевич за глотку берет. Сил не хватает. А одним нарзаном разве.

Читайте также:  Столы и стулья петрозаводск гоголевский режим работы

Люблю наши старые комедии. Они не только развлекают, но доносят глубокие мысли качественнее любых философов:

— Утром деньги, вечером стулья!

— А можно утром стулья, а днем деньги?

— Можно, но деньги вперед!

Этот разговор навел меня на мысль о том, какую ошибку совершают большинство неудачников в этой жизни (потому они неудачниками и остаются). Эта ошибка заключается в желании получить все сразу, прямо здесь и сейчас, не отдав ничего взамен.

Всю жизнь мужик просил у бога, чтобы тот помог ему выиграть миллион в лотерею. Так и помер в нищете. Предстал перед господом и спрашивает:

— Вот я всю жизнь молился, почему ты мне так и не помог выиграть миллион в лотерею?

На что всевышний ему отвечает:

— Так ты бы хоть билет лотерейный купил.

Мораль сей басни такова, что, сначала ты отдаешь во вселенную свои ресурсы (время, силы, деньги), а уже потом она отдает тебе свои.

Мораль сей басни такова.

Сборник словарей и энциклопедий.

Из романа (гл. 36) «Двенадцать стульев» (1928) советских писателей Ильи Ильфа (1897—1937) и Евгения Петрова (1903—1942). Слова теат-

рального монтера Мечникова, который сбывает на рынке некоторые предметы реквизита, украденные им с места своей работы. Остап заказывает ему стулья из театра:

«— Когда же вы стулья принесете?

Стулья против денег.

Это можно, — сказал Остап, не думая.

Деньги вперед, — заявил монтер, — утром — деньги, вечером — стулья или вечером — деньги, а на другой день утром — стулья.

А может быть, сегодня — стулья, а завтра — деньги? — пытал Остап.

Я же, дуся, человек измученный. Такие условия душа не принимает».

Иносказательно: комментарий к торгу, переговорам, когда важно оговорить последовательность действий договаривающихся сторон (шутл.).

Энциклопедический словарь крылатых слов и выражений. — М.: «Локид-Пресс»

Фразы из фильма «Двенадцать стульев«.

Почем опиум для народа?

Дусик, скажу вам как человек, измученный Нарзаном!

Хорошо излагает, зараза! Учитесь, Киса!

Крепитесь! Россия вас не забудет! Запад нам поможет!

Кто скажет, что это девочка, пусть первым бросит в меня камень!

Киса, разрешите спросить вас как художник художника… Вы рисовать умеете?

— А 100 рублей не могут спасти предводителя дворянства? — Я полагаю, что торг здесь не уместен!

Командовать парадом буду я!

А может тебе дать еще ключ от квартиры, где деньги лежат.

Почем огурцы соленые? — Пятак. — Дайте…Два!

Автомобиль — это не роскошь, а средство передвижения.

Лед тронулся, господа присяжные заседатели, лед тронулся!!

Утром деньги — вечером стулья, вечером деньги — ночью стулья…

Да, это вам не Рио-де-Жанейро!

Поедемте в нумера. Хаммы. Хаммы.

Ну дайте же человеку поспать.

— У нас хоть и не Париж, но милости просим к нашему шалашу!

— Утром деньги — вечером стулья, вечером деньги — ночью стулья…

— Что Вы смотрите на меня, как солдат на вошь? Обалдели от счастья? Да?

— Что это за мех?
— Мексиканский тушкан!

— Эй ты, жертва аборта, а ну быстро говори, кому продал стул?!

— Я, простите, движим исключительно любовью к усопшим родителям…

— Опять к этому дураку гости спозаранку пришли!
— Наверное из милиции.

— Побьют…
— Да, и возможно ногами

— Подайте бывшему члену Государственной Думы!

— Половина моя — половина наша…

— Помните: у нас длинные руки!

— Почем опиум для народа?

— Пролетарий умственного труда, работник метлы… Это конгениально! Ваш дворник большой.

Источник

Илья Ильф и Евгений Петров «Двенадцать стульев» — цитаты из книги

— Деньги вперёд, — заявил монтёр, — утром — деньги, вечером — стулья или вечером — деньги, а на другой день утром — стулья.
— А может быть, сегодня — стулья, а завтра — деньги? — пытал Остап.
— Я же, дуся, человек измученный. Такие условия душа не принимает.

В половине двенадцатого с северо-запада, со стороны деревни Чмаровки, в Старгород вошёл молодой человек лет двадцати восьми. За ним бежал беспризорный.
— Дядя, — весело кричал он, — дай десять копеек!
Молодой человек вынул из кармана нагретое яблоко и подал его беспризорному, но тот не отставал. Тогда пешеход остановился, иронически посмотрел на мальчика и тихо сказал:
— Может быть, тебе дать ещё ключ от квартиры, где деньги лежат?
Зарвавшийся беспризорный понял всю беспочвенность своих претензий и отстал.

В уездном городе N было так много парикмахерских заведений и бюро похоронных процессий, что казалось, жители города рождаются лишь затем, чтобы побриться, остричься, освежить голову вежеталем и сразу же умереть.

Это был стул, вскрытый на «Скрябине» и теперь медленно направляющийся в Каспийское море.
— Здорово, приятель! — крикнул Остап. — Давненько не виделись! Знаете, Воробьянинов, этот стул напоминает мне нашу жизнь. Мы тоже плывём по течению. Нас топят, мы выплываем, хотя, кажется, никого этим не радуем. Нас никто не любит, если не считать Уголовного розыска, который тоже нас не любит. Никому до нас нет дела.

Остап продолжал измываться:
— Как же насчёт штанов, многоуважаемый служитель культа? Берёте? Есть ещё от жилетки рукава, круг от бублика и мёртвого осла уши. Оптом всю партию — дешевле будет. И в стульях они не лежат, искать не надо! А?!
Дверь за служителем культа закрылась.
Удовлетворённый Остап, хлопая шнурками по ковру, медленно пошёл назад. Когда его массивная фигура отдалилась достаточно далеко, отец Фёдор быстро высунул голову за дверь и с долго сдерживаемым негодованием пискнул:
— Сам ты дурак!
— Что? — крикнул Остап, бросаясь обратно, но дверь была уже заперта, и только щёлкнул замок.
Остап наклонился к замочной скважине, приставил ко рту ладонь трубой и внятно сказал:
— Почём опиум для народа?
За дверью молчали.
— Папаша. →→→

Читайте также:  Стул с изменяемой высотой для инвалидов

Слабое женское сословие, густо облепившее подоконники, очень негодовало на дворника, но от окон не отходило.

— Что вы мне морочите голову с вашей ладьёй? Если сдаётесь, то так и говорите!
— Позвольте, товарищи, у меня все ходы записаны!
— Контора пишет, — сказал Остап.
— Это возмутительно! — заорал одноглазый. — Отдайте мою ладью.
— Сдавайтесь, сдавайтесь, что это за кошки-мышки такие!
— Отдайте ладью!
С этими словами гроссмейстер, поняв, что промедление смерти подобно, зачерпнул в горсть несколько фигур и швырнул их в голову одноглазого противника.
— Товарищи! — заверещал одноглазый. — Смотрите все! Любителя бьют!

Рядом сидело такое небесное создание, что Остап сразу омрачился. Такие девушки никогда не бывают деловыми знакомыми — для этого у них слишком голубые глаза и чистая шея. Это любовницы или, ещё хуже, это жёны — и жёны любимые. И действительно, Коля называл создание Лизой, говорил ей «ты» и показывал ей рожки.

Остановились они в меблированных комнатах «Сорбонна». Остап переполошил весь небольшой штат отельной прислуги. Сначала он обозревал семирублёвые номера, но остался недоволен их меблировкой. Убранство пятирублёвых номеров понравилось ему больше, но ковры были какие-то облезшие и возмущал запах. В трёхрублёвых номерах было всё хорошо, за исключением картин.
— Я не могу жить в одной комнате с пейзажами, — сказал Остап.
Пришлось поселиться в номере за рубль восемьдесят. Там не было пейзажей, не было ковров, а меблировка была строго выдержана: две кровати и ночной столик.

— Жизнь! — сказал Остап. — Жертва! Что вы знаете о жизни и о жертвах? Вы думаете, что, если вас выселили из особняка, вы знаете жизнь? И если у вас реквизировали поддельную китайскую вазу, то это жертва? Жизнь, господа присяжные заседатели, это сложная штука, но, господа присяжные заседатели, эта сложная штука открывается просто, как ящик. Надо только уметь его открыть. Кто не может открыть, тот пропадает.

Остап принял из рук удивлённого Ипполита Матвеевича пиджак, бросил его наземь и принялся топтать пыльными штиблетами.
— Что вы делаете? — завопил Воробьянинов. — Этот пиджак я ношу уже пятнадцать лет, и он всё как новый!
— Не волнуйтесь! Он скоро не будет как новый!

— Вы довольно пошлый человек, — возражал Бендер, — вы любите деньги больше, чем надо.
— А вы не любите денег? — взвыл Ипполит Матвеевич голосом флейты.
— Не люблю.
— Зачем же вам шестьдесят тысяч?
— Из принципа!
Ипполит Матвеевич только дух перевёл.
— Ну что, тронулся лёд? — добивал Остап. Воробьянинов запыхтел и покорно сказал:
— Тронулся.
— Ну, по рукам, уездный предводитель команчей! Лёд тронулся! Лёд тронулся, господа присяжные заседатели!

— Согласны? Ну, по глазам вижу, что согласны.
— Согласие есть продукт при полном непротивлении сторон.
— Хорошо излагает, собака, — шепнул Остап на ухо Ипполиту Матвеевичу, — учитесь.

Человек, лишённый матраца, жалок. Он не существует. Он не платит налогов, не имеет жены, знакомые не дают ему взаймы денег «до среды», шофёры такси посылают ему вдогонку оскорбительные слова, девушки смеются над ним: они не любят идеалистов.

Бендер выдал мальчику честно заработанный рубль.
— Прибавить надо, — сказал мальчик по-извозчичьи.
— От мёртвого осла уши. Получишь у Пушкина.

— Как я не люблю, — заметил Остап, — этих мещан, провинциальных простофиль! Куда вы полезли? Разве вы не видите, что это касса?
— Ну а куда же? Ведь без билета не пустят!
— Киса, вы пошляк. В каждом благоустроенном театре есть два окошечка. В окошечко кассы обращаются только влюблённые и богатые наследники. Остальные граждане (их, как можете заметить, подавляющее большинство) обращаются непосредственно в окошечко администратора.

— А что, отец, — спросил молодой человек, затянувшись, — невесты у вас в городе есть?
Старик дворник ничуть не удивился.
— Кому и кобыла невеста, — ответил он, охотно ввязываясь в разговор.
— Больше вопросов не имею, — быстро проговорил молодой человек.

Ипполит Матвеевич, почти плача, взбежал на пароход.
— Вот это ваш мальчик? — спросил завхоз подозрительно.
— Мальчик, — сказал Остап, — разве плох? Кто скажет, что это девочка, пусть первый бросит в меня камень!

— Поймите же, — заговорил хозяин примирительным тоном, — ведь я не могу на это согласиться.
Ипполит Матвеевич на месте Изнурёнкова тоже в конце концов не мог бы согласиться, чтобы у него среди бела дня крали стулья. Но он не знал, что сказать, и поэтому молчал.

— В таком случае простите, — сказал Воробьянинов в нос. — У меня есть все основания думать, что я и один справлюсь со своим делом.
— Ага! В таком случае, простите, — возразил великолепный Остап, — у меня есть не меньше основания, как говорил Энди Таккер, предполагать, что и я один могу справиться с вашим делом.

— Это конгениально, — сообщил Остап Ипполиту Матвеевичу, — а ваш дворник довольно-таки большой пошляк. Разве можно так напиваться на рубль?

— Стой! — загремел Остап. — Стой, тебе говорю!
Но это придало только новые силы изнемогшему было отцу Фёдору. Он взвился и в несколько скачков очутился сажен на десять выше самой высокой надписи.
— Отдай колбасу! — взывал Остап. — Отдай колбасу, дурак! Я всё прощу!

— Счастье ваше, что вам помог идиотский случай, не то сидели бы вы за решёткой и напрасно ждали бы от меня передачи. Я вам передачу носить не буду, имейте это в виду. Что мне Гекуба? Вы мне в конце концов не мать, не сестра и не любовница.
Ипполит Матвеевич, сознававший всё своё ничтожество, стоял понурясь.

— Знойная женщина, — сказал Остап, — мечта поэта. Провинциальная непосредственность. В центре таких субтропиков давно уже нет, но на периферии, на местах — ещё встречаются.

Источник

Adblock
detector